Вы знаете мало правды о Донбассе...

Вы знаете мало правды о Донбассе...

В апреле исполнится 4 года с тех пор, как на украинском Донбассе начались боевые действия. О том, что там происходило и происходит сейчас, нам рассказали гости редакции из Донецка, представители министерства обороны ДНР Игорь и Анжелика Доброс.

«Если сейчас выйти на улицы и спросить, что происходит на Донбассе, большинство не сможет ответить», - так сказал в недавнем интервью нашей газете немецкий политик Андреас Маурер («ЗШ» № 25 от 30-31 марта). Он говорил это о своих земляках-немцах, которые далеки от того, что происходит на Украине, вряд ли знают, что такое ДНР и ЛНР и где они находятся. Мы живем в приграничном городе. Но о том, что происходит по-соседству, тоже знаем мало. В общих чертах и, в основном, из новостных сводок по телевизору. А они в последнее время становятся все более скудными и односторонними, создавая иллюзорное представление о том, что на Донбассе все спокойно.

О том, что это совершенно не так, Андреас Маурер убедился лично, когда зимой 2018 года побывал в Донецкой Народной Республике. Он был первым из европейских политиков, кто отважился посетить Донбасс. В интервью нашей газете он признался — они сильно рисковали, но ему важно знать, что там происходит.

Визит в ДНР, равно как и общение с нашей редакцией, Андреасу Мауреру помог организовать наш земляк, президент Благотворительного фонда «Солидарность. Добро. Милосердие» Владимир Сыч. Он стал своеобразным мостиком между Новошахтинском и Донбассом. Туда Владимир везет гуманитарную помощь, оттуда - новости и интересные знакомства. Мы не ездили на Донбасс, как Андреас. Но недавно смогли узнать из первых уст о том, что там происходит. Когда Владимир позвонил нам и сообщил, что в Новошах-тинск прибыли гости из Донецка, мы бросили все дела — была суббота, выходной— и поехали по указанному адресу. Ведь гости приехали, считай, «с передовой»: представители министерства обороны Донецкой Народной Республики — начальник отдела материально-технического обеспечения Игорь Доброс, его супруга Анжелика, она — начальник отдела наград и военной геральдики министерства обороны ДНР, третьим был гость из Луганской Народной Республики Сергей Бутченко.

Наша встреча была спонтанной. У меня совершенно не было времени подготовиться к интервью. Пока ехала к месту, в голове лихорадочно составляла список вопросов, которые буду задавать своим собеседникам. Но за два часа беседы не спросила почти ничего. « Вы что хотите услышать? Правду?» - спросили мои собеседники и, получив утвердительный ответ, начали свой рассказ. Это было интервью-монолог людей, уставших от войны, от потерь, от неопределенности. Они говорили о многом. У них сейчас там настолько тесно переплетено все: горе и счастье, разрушение и созидание, мир и война. Мы хотим, чтобы вы об этом тоже узнали. От первого лица.

12 ЧАСОВ ТИШИНЫ

- В последнее время на российских каналах нет вообще никакой информации о том, то происходит на Донбассе. Показывают только, что происходит на Украине. А о том, что у нас люди гибнут, все молчат. Складывается ощущение, что война закончилась. Но это далеко не так. Обстановка на Донбассе стабильно напряженная. Минские договоренности действуют только на бумаге. Все заявления о перемирии — лишь слова на публику. Нас как обстреливали, так и обстреливают. Может, не так часто. Но люди по-прежнему гибнут. Пасхальное перемирие, объявленное с 3о марта — это уже пятое или шестое прекращение огня. Но все, что было - это максимум 12 часов тишины. Пока украинские военные проводили перегруппировку, подвозили снаряды.

Обстреливает нас, в основном, правый сектор (организация, запрещенная в РФ - ред.). Отморозки. Они не подчиняются ни ВСУ (вооруженные силы Украины), ни СБУ (служба безопасности Украины). Иногда командиры 93-й бригады ВСУ, забавы ради, по пьяной лавочке начинают стрелять по нам. Провокации происходят каждый день. Недавно группа диверсантов из 15 человек пыталась пробраться к нам в тыл. Но зашли на свое же минное поле. Двое погибли. Такое у них бывает часто. Наложат мин, а карты, когда одна бригада сменяет другую, не передают. Продать могут, но никто не покупает. И попадают на свои же мины и растяжки.

«Правый сектор» и ВСУ между собой часто устраивают перестрелки. Военные понимают: «правый сектор» обстреляет нас и уедет. Мы один раз промолчим, другой, пятый, но когда-то же это надоест. И наш «ответ» им достанется, «ВСУшникам». А кто хочет погибать? Поэтому они часто воюют между собой. Особенно на южном направлении - Широкино, Мариуполь...

Мы не отвечаем на их действия. Они доказывают: террористы обстреляли украинских военных, погибли воины АТО. Да чушь это! У нас на передовой даже патронов нет, чтоб им отвечать. У дежурной смены всего 180 патронов. Это семь минут стрельбы. Пушек на передовой вообще нет. Тяжелое вооружение стоит в 10-12 км от линии разграничения - как требуют Минские договоренности. ОБСЕ это каждый день проверяет. Мы не хотим идти на конфронтацию, понимаете?

В ВСУ, кстати, тоже не хотят воевать. За последний месяц около 400 офицеров написали рапорт об увольнении. Они понимают, что рано или поздно война закончится. Начнутся разборки, и к ним обязательно придет прокурор.

ЧЕТЫРЕ ГОДА НА НЕРВАХ

- Отойди от линии разграничения на 2-3 км, там будет уже совсем другая жизнь, мирная. А в тех районах, что находятся рядом с ней, люди привыкли жить в состоянии войны. Они уже знают, когда их начнут обстреливать, и прячутся в укрытия. Нас по сей день обстреливают, нас убивают, а нам запрещено отвечать. Мы не можем этого сделать, иначе нас, а прежде всего Россию, обвинят в агрессии. Из-за этого наши ребята на таком взводе, вы даже не представляете. Ведь через них стреляют в мирных жителей, а они ответить не могут. Мы очень устали от этого. И чем дольше тянется эта неопределенность, тем больше мы устаем. Если нам развяжут руки, мы готовы идти до самого Киева, до самой Польши. Сил хватит. Злости хватит!

- Говорят, что жители Донбасса уже согласны вернуться на Украину, лишь бы прекратилась эта война. Это правда?

- Вернуться на Украину? Ни в коем случае! Большинство людей возмущено программой по реинтеграции Донбасса, они никакого воссоединения «по-киевски» не хотят. За исключением только скрытых «укропов» - они хоть сейчас туда.

19 апреля будет четыре года, как идет война - Великая Отечественная уже закончилась бы! Мы четыре года живем на таких нервах! Столько вытерпели, столько жертв понесли. Только детей двести человек погибло. В этой войне мы потеряли всё. Мы себя потеряли! В 2014 году, когда война только началась, мы спали по 3-4 часа в сутки, ели что ни попадя. Хлеба не было. Помню, на прием к нам, как к депутатам районного совета, пришел мужчина 58 лет. Стоит шатается. Подумала — выпивший, но перегара не слышу. А он, будто мысли мои прочитал: «Я не пьяный, я несколько дней не ел». Мы помогли ему продуктами, устроили на работу. Кто у вас об этом знает? Да никто! У вас никто не знает, что нам пришлось пережить. Наши пенсионеры, кто не выехал на Украину, с мая по декабрь ни копейки денег не получили. И знаете — сами ходили голодные, а все свои запасы отдавали для ополченцев. Нашей соседке 84 года. Она собирала абрикосы, чтобы мы ребятам на передовой компот могли сварить...

Когда мы формировали роту, нам выделили старое разбитое здание ПТУ. Ни окон, ни дверей, ни кроватей, ни посуды — ничего не было! Все для военных поставили мирные жители. Люди несли все! Мы вечером приезжали домой, у нас под дверью лежали макароны, крупы, постельное белье, посуда. И никто не боялся, что это украдут. Чем сильнее на нас давят, тем сильнее мы сопротивляемся и тем больше сплачиваемся.

Так начиналась эта война. Сейчас уже, конечно, полегче. Тяжело только, что долго длится. Мы хотим, чтобы это закончилось, наконец. Но в Украину возвращаться не хотим.

Наталья КУШНИР