Мой Чехов

Мой Чехов

Недавно широко отмечался 155-летний юбилей великого русского писателя А.П. Чехова, который оставил след в душе многих любителей русской классической литературы. К почитателям его  таланта отношусь и я, о чём рассказываю в своём эссе.

Антон Павлович Чехов: В школе не впечатлил, не зацепил. В то время были другие книги, другие пристрастия, а томик его рассказов и повестей был куплен в пункте сдачи макулатуры и спокойно ждал своего часа на книжной полке. И вот он наступил.

Я, повзрослевшая, после окончания учебного заведения и уже немного «хлебнувшая» рабочей жизни, приехала к родителям в отпуск. Сестричка ещё училась в школе, как раз проходила творчество писателя и готовилась к сочинению. Я взялась ей помогать, и зря!

Первым в сборнике был рассказ «Письмо к учёному соседу». Всё в нём, до последней буковки, попало в благодатную почву – к двум хохотушкам. Какое там сочинение?! Невозможно было прочитать даже предложение до конца, чтоб не плакать от смеха…

Вот с этого момента и началась моя любовь и преданность замечательному хирургу человеческих душ. Язвочки, язвы, нарывы и даже маленькие прыщички были вскрыты автором, описаны и предъявлены  как учебное пособие для нас – его учеников-читателей.

Что же изменилось за более чем целый век от написания рассказов и повестей? Да в сущности ничего! Так и процветает подобострастное отношение к покровителям и благодетелям («Рассказ, которому трудно подобрать название»), к чинам («Толстый и тонкий»). А кто из нас не примерял на себе «Невидимые миру слёзы»? Кто хотя бы раз не «блистал» госте- приимством к незваным, да ещё ночным гостям? А то глубокое, искреннее описание состояния «ранней старости» в рассказе «Верочка»? Создаётся впечатление, что автор пережил это сам – настолько точны чувства. И как хороший доктор словами героев автор поставил диагноз: «болезнь совести», когда понимаешь, что страдает из-за тебя близкий хороший человек, а сделать? Лучше прикрыться сознанием, что это просто старость.

И каждый рассказ оставляет в памяти кодовое слово, всплывающее то ли зеркальным отражением, то ли ключом к пониманию сути человеческой натуры: «Как бы чего не вышло», «На деревню дедушке», «Палата №6», «Эмансипе», «Козья ножка», «Душечка», «Хамелеон», «Анна на шее», «Цветы запоздалые» и так далее.

И намного отличается своим лиризмом, любовью к природе, людям повесть «Степь», имеющая ещё одно название «История одной поездки» и давшая начало новому в жизни писателя, – путешествиям. Простая и бесхитростная жизнь простого люда, длинная и безрадостная, как сама степь, поливаемая дождём с грозами и слезами маленького Егорушки, отправленного в город к материной подружке для обучения в гимназии.

Более глубокими, проникновенно взволнованными представляются мне пьесы А.П.Чехова. Сколько же раз я смотрела в разном исполнении знаменитую «Чайку»?! Сколько раз пыталась вот так, сходу, как очень часто читала увлекательный роман, прочесть её от корки до корки, а всё не получалось. Отдельные слова, эмоции и чувства, рождённые ими, включая воображение, уводили прочь от текста, в ранее виденные или познанные ситуации.

Актёры на сцене и актёры в жизни… Как разделить жизнь и театр, когда всё переплетено и на разрыве эмоций и страстей рвётся именно там, где тонко, нежно, чисто? Рушится жизнь, судьба, как у той, случайно подстреленной чайки.

Да и что такое талант актёра или вдохновение писателя? Словами Нины Заречной, автор пишет: «Я теперь знаю, понимаю, Костя, что в нашем деле – все равно, играем мы на сцене или пишем – главное не слава, не блеск, не то, о чем я мечтала, а уменье терпеть. Умей нести свой крест и веруй».

Как же он бывает тяжёл, этот самый крест.

«Вишнёвый сад». Смена эпох, смена мировоззрений, уклада жизни, самой жизни, деление единого прекрасного целого на части, независимые друг от друга, сданные в аренду новому времени, новым отношениям. И люди, как старые вишни, быстро-быстро будут разобщены, затем выкорчеваны совсем и заменены новыми «хозяевами» жизни. Так велит время. Так складываются обстоятельства.

Не это ли произошло вот совсем недавно в наше время и с нашей жизнью? Грустно? Да. Больно? Ещё как! И хоть давно написаны эти произведения, узнаешь в них наше время, людей, живущих рядом, и понимаешь всю тщетность попыток дождаться искренности отношений, чистоты чувств и мыслей. Они написаны на века. Ничто не изменилось за эти годы, а изменится ли?

И всё же, как сказал Антон Павлович устами своего героя Ивана Ивановича в рассказе «Крыжовник»:

«…Не успокаивайтесь, не давайте усыплять себя! Пока молоды, сильны, бодры, не уставайте делать добро! Счастья нет и не должно его быть, а если в жизни есть смысл и цель, то смысл этот и цель вовсе не в нашем счастье, а в чем-то более разумном и великом. Делайте добро!»

В конечном итоге, анализируя моё восприятие творчества Антона Павловича Чехова, делю его на три периода:

1. Юность – восхищение точностью фраз и обнажённостью образов.

2. Взрослость – анализ реальной действительности, периодическое возвращение к героям, фразам, видение их в окружающих, а иногда и в себе.

3. Годы раздумий, годы грустного сосредоточения на словах, фразах, эмоциях героев и переоценка ценностей.

А началу этих этапов познания творчества А.П.Чехова мне дали школа и любовь к книгам.

Нина Васина,
кандидат в члены Союза писателей России, член творческого объединения «Автограф»
Новошахтинска.