"Я вами горжусь. Я вам благодарна !"

"Я вами горжусь. Я вам благодарна !"

Наверное, Интернет стоило придумать хотя бы для того, чтобы сделать людей ближе друг другу. Благодаря ему происходят знакомства, которые в реальной жизни случились бы вряд ли. Вот так, благодаря Интернету и нашему сайту Знаменка.инфо, который также есть и в социальных сетях, я познакомилась со Светланой Михайловой (в девичестве). Она человек очень интересный, отзывчивый, неравнодушный ко всему, что происходит в городе. Со своей точкой зрения по многим вопросам, проблемам, событиям.

Однажды она спросила: «А можно мне рассказать о своих родителях? Только они — простые работяги, без выдающихся достижений и наград...» Признаться, рассказ, который велся на протяжении нескольких дней, я «выслушала» на одном дыхании. И была очень впечатлена. Тем, что человек очень хорошо знает свои корни, очень уважает их и ценит. А еще глубиной дочерней любви и признательности. Впрочем, судите сами.

Времена были тяжелые...

Мама моя, Галина  Павловна, родом из Украины. Родилась  в Винницкой области  в селе Буша  Ямпольского района. Бабушка ее рожала в поле летом, но тогда, в далеком 1936 году, новорожденных детей регистрировали два раза в год, весной и осенью. Вот так и вышло - 1 октября в село приехало начальство из района и маму записали 1 октябрем. А потом и бабушка забыла, в каком месяце родилась дочь, помнила только, что летом... В семье было четверо детей, три сестры и брат.

Отца, деда моего, мама очень любила. Она рассказывала, что он был очень добрый и умный. Прошел всю гражданскую войну, был командиром конницы. Потом работал в колхозе председателем. В 1937 году они перевыполнили план по выращиванию и уборке зерна. Дали неплохой план по производству молока и свиней. Итог таков: все, что необходимо и даже больше, он сдал государству, часть отдал людям — им тогда выплачивали по трудодням. Но все равно остались излишки! Тогда он вместе с активом колхоза продал еще часть урожая и вырученные деньги раздал своим же колхозникам. Но нашелся кто-то, кто пошел и донес на деда. И однажды ночью за ним приехали и увезли. Продержали его месяца три. А у деда был друг в Киевском обкоме, который заступился за него. Сказал, что он, как коммунист, не украл, себе не забрал, а отдал людям. Разве он вор? В общем, деда освободили, а вот друг пропал навсегда. И тогда дед положил партбилет на стол, сказав, что не понимает такую партию, которая готова у крестьянина отнять излишки.

Перед войной дед работал в этом же колхозе простым трудягой.  Когда началась война, его призвали, и опять командиром. Я знаю, что он семь раз бежал из плена. Умер он сразу после войны, в 1946 году, от ран и болезней - плен даром не прошел. И мама моя до 14 лет жила со своей мамой, моей бабушкой, и отчимом. Она хлебнула от него горя, и всегда мне говорила: «Родной отец - это родной отец. А отчим - это как кусок в горле застрял». Он ее всегда всем упрекал. И мама уже в 14 лет, после окончания семи классов, уехала из своего села в Киев. Там поступила в ФЗУ, выучилась на ткачиху. А потом работала на «Дарнице» — ткацкий завод, был такой в Киеве.

Настоящая патриотка!

Она всю жизнь работала. Кем только не была! Когда пошел набор молодежи на целину, мама по комсомольской  путевке уехала в Казахстан. Она была такой патриоткой своей Родины! Я помню, когда  мы уже жили в Новошахтинске, маме предложили поехать в Израиль. Она так возмутилась! Сказала, что родилась в СССР, тут и умрет! Еще она была очень умная. От природы. Если бы отец ее родной был жив, то она выучилась бы. А так всю жизнь «пахала». И я вот порой смотрю на племя молодое и диву даюсь: не хотят трудиться. Ленятся. Хотят жить на всем готовом. А нас ведь так учили — надо работать! Может, время другое было и приоритеты другие?

Наши родители - это дети войны. В детстве голодали, ходили в рванье, босиком по снегу. Но тянулись к жизни! Стремились  заработать на хлеб насущный... В общем, в году 1957 или 1958-м мама уехала на целину. Потом она всю жизнь жалела, что уехала из Киева, а я сейчас думаю, ну, и слава Богу. На целине она познакомилась с моим отцом. Он занял у нее теми деньгами рублей 200, и я потом, узнав эту историю, смеялась, говорила: папаня хитрый, чтобы не отдавать долг девушке, предложил ей замуж. А мама говорила - всю жизнь отдает... В 1959 году летом им и еще одной паре  сыграли комсомольскую свадьбу там, на целине. Другая пара потом разбежалась, а моя мама  с отцом прожили 53 года вместе. Все пережили, и хорошее, и плохое...

Жена — моя, а не ваша!

Отец мой, Георгий Павлович, родом с Урала, родился и вырос под Уфой. Его отец, мой второй дед, на Финской  потерял  правую руку.  Но мама  рассказывала, что он левой рукой  делал всю мужскую  работу по дому. Я мало и смутно помню родителей отца. Мы больше общались с бабушкой по маминой линии. И отец мой всегда с теплотой отзывался о своей теще. Про свое детство он рассказывал, что в их семье было аж 11 детей. Во время войны и после нее они сильно голодали. Дед брал старших детей в лес и там учил  их вязать санки,   корзины. Продавали их, чтобы выжить. Еще у них была корова Белуга. Она давала  им много молокао, и тем семью от голода  спасла. Для них корова была как член семьи. Хотя тогда так и было  в деревне. В школе отец окончил  всего четыре класса.  Дети  войны рано шли работать. Я вот так думаю - раньше понятие «семья» было крепче всего. Старший всегда был в ответе за младших. Делились всем и со всеми... Сейчас все это куда-то уходит...

Когда отец женился  на маме и привез ее к своим  родным, ее там не приняли. Свекровь упрекала - бедная, безотцовщина! У них для отца была на примете богатая невеста, и они все подбивали— брось ее, да брось! Но отец сказал: «Я себе взял жену, а не вам!». И они с мамой уехали. Ездили много, всю Сибирь точно объездили... Отец все искал что-то лучшее. А оно везде все одинаково... Когда приехали в Новошахтинск, в июле 1969 года, мама пошла работать на фабрику нетканых материалов. И по 1971 год  там работала. Потом устроилась в ПТУ «Ростовугля», потом пошла работать на обувную фабрику в Шахтах. Листаю ее трудовую книжку — одни благодарности за труд, за выполнение  плана, за трудовую дисциплину. После выхода на пенсию она с год работала в школе №34 техничкой, но потом рассчиталась — болела. Но и дома она не сидела. Огород, дом, хозяйство - все это было на ее плечах. Жизнь  ее  не баловала. И она всегда надеялась только на себя.

Всё - благодаря маме

Отец работал на шахте «Самбековская» 18 лет, оттуда уходил на пенсию. Получил звание ветерана труда. Незадолго до смерти он сказал, что это заслуга мамы. И вообще, все, что он заработал, в том числе шахтерская пенсия - все ее заслуга. Сказал, что мамы ему не хватает, что без нее плохо... 53 года они прожили вместе. Я иногда удивлялась своей матери. У отца характер был далеко не мед. И она многое от него вытерпела. Хотела, чтобы у дочери был отец и ей никто вслед не говорил «безотцовщина», как когда-то говорили ей. И всю жизнь она ему была верна и преданна. Никогда даже в мыслях у нее не было  оставить его, бросить, уйти. Сейчас молодежь другая. Не мирятся, не уступают. И вроде любят друг друга, но как только сталкиваются с какой-то проблемой — все! Поссорились, разбежались. А  вот наши родители - это пример  для нас и наших внуков. Пример  терпения, уважения, уступки. Мама, натерпевшись в детстве от отчима, мне говорила  - это твой папа, плох ли, хорош, но он у тебя есть. А быть сиротой для ребенка - самое страшное. Вспоминаю, однажды я нагрубила отцу, заступаясь за маму, когда он обидел ее. Так мама моя мне всыпала по первое число! Как бы там ни было, она никогда не позволяла мне говорить об отце плохо. А еще они никогда не ругались при мне. Всегда в нашем доме было тихо, грубого слова не звучало, тем более мата. Ругать меня, да, ругали. Иной раз мама даже лупила. Но всегда за дело.

Отец мой был человеком не суровым, но жестким. Я всегда его боялась. И если мама говорила: «Расскажу все отцу», я становилась тише воды ниже травы.

Маленькая птичка с большими крыльями

В школу я пошла в Иркутской области, там отец устроился после всех путешествий по Сибири на металлургический завод. Мама окончила курсы поваров-кондитеров, получила 2-й разряд. И ее взяли в ресторан. Днем это была столовая  для рабочих, а вечером - ресторан. Мама работала на кухне поваром, потом ее поставили помощником шеф-повара. О ней всегда с уважением отзывались ее сотрудницы. Чувство  ответственности у нее было развито на сто  процентов. Она никогда не брала чужого. Всегда говорила: не твое - не трогай! Она всегда помогала своей маме, к праздникам высылала ей посылки, что могла.

Еще она хорошо шила. На ручной швейной машинке мне шила платья, костюмы, юбки, пиджаки — все, что тогда было в моде. А ведь тогда было не то, что сейчас. Так запросто не купишь, на всем готовом не проживешь.

Мама для меня - это всегда уют, тепло, запах чего-то вкусного. Вспоминаю, как в те времена, когда она работала на хлебозаводе, она иногда брала меня с собой в ночную смену. И я спала там на мешках с сахаром. А потом мне приносили бублики с чаем. Я до сих пор помню аромат свежего хлеба и вкус тех  бубликов...

Мама была для меня человеком, который меня защитит. От всего и всех. Я не помню, чтобы она меня вот так просто взяла и обидела, унизила. Я вообще не помню, чтобы она кого-то  осудила или  сказала о человеке плохо. Она умела выслушать, посоветовать. Природа наделила ее умом, тактом, умением быть не просто мамой, а еще и подругой. Она не любила сплетничать. Обо всех моих подругах она всегда говорила, какие все хорошие, красивые.  Некоторые из них с ней советовались. Она умела хранить тайны.

Мама для меня - это как маленькая птичка, но с большими крыльями. И этими крыльями она меня оберегала, охраняла, обнимала... И теперь мне их не хватает. Я не знаю, верите вы или нет, а вот я верю, что где -то рядом они есть, все, кто ушел... Иногда мне кажется, что они с отцом стоят за моей спиной. А иногда - как будто мне на плечи кто-то руки кладет так ласково... Я это  чувствую... И в этот момент так тепло становится... Жаль, что эти ощущения — мимолетные. Миг - и все проходит...

Про войну...

…Про войну мама не любила вспоминать. Слишком тяжело для нее это было. Но иногда все-таки рассказывала, как немцы лютовали. Убивали детей, стариков. Вспоминала, что зимы были холодные, морозы крепкие, что в школу ходить было не в чем. Бегали босиком. Топить печь было нечем. Бабушка собирала коровьи кизяки — ими и топили. В общем, война — это горе. Но вот что интересно. Дед мой, когда в последний раз сбежал из плена, пришел в дом. И буквально за ним вслед зашел немецкий солдат и сказал моей бабушке  на ломаном языке, чтобы она прятала татку - это по-украински отец. Что, мол, сельский полицай его видел и сообщил в комендатуру.  Он помог бабушке отодрать пол и туда спрятали деда. Потом он снова пришел в дом вместе с полицаями и встал аккурат в том месте, где пол был отодран. Так, благодаря тому немцу, дед был спасен. Среди них, фашистов, были такие, кто не хотел воевать, убивать. Не все, конечно. Далеко не все.

Дети войны, на мой взгляд, это вообще как отдельная народность. Которая все выдержала, выстояла, встала на ноги. Эти дети поднимали страну.

Сталинское время отпечаток на них все-таки наложило. Уходя на работу, отец с мамой мне всегда велели закрываться и никому дверь не открывать. И болтать поменьше. «А то угонят, куда Макар телят не гонял». А я сначала понять не могла, куда меня угнать можно. Вроде, везде коровы пасутся. Но позже, когда стала старше и многое узнала, поняла. Мама после войны  бегала по ночам в поле собирала колоски, а за это могли посадить. Вот такое было время. Но несмотря ни на что, мои родители с уважением отзывались о Сталине.  Вот вроде и деда забирали, и за колосок, за зернышко человека могли арестовать, убить, но отношение к вождю было все равно уважительное. Мама говорила, что когда он умер, ей было жаль его.

… Для чего я все это рассказываю? Для того, чтобы отдать дань уважения своим родителям. Наверное, когда мама или папа - ударники производства, лидеры соцсоревнований - это гордость для их детей, близких. А мои всю свою жизнь были простыми работягами той страны, в которой родились и выросли, которую, будучи детьми, поднимали наравне со взрослыми после войны. Когда они начинали жить вместе, у них не было ничего. Только чемодан, и все. И всю жизнь тянулись, что-то наживали, старались для нас, своих детей. Для своей страны. И я ими очень горжусь! Я им благодарна! Даже нет таких слов, чтобы передать, насколько велика моя благодарность. За все. За то, что выучили, что не отворачивались от меня, всегда меня поддерживали, за то, что я всегда была сыта, одета, приласкана. И мой сегодняшний рассказ о них — это тоже благодарность им, моя им признательность. И вечная память.