Раз копейка, два копейка...

Раз копейка, два копейка...

■ Как прожить на минимум средств и не умереть с голоду? С этой дилеммой сталкиваются тысячи россиян. Неустойчивая экономика, низкая пенсия или сложившиеся обстоятельства заставляют многих выходить на улицыы с протянутой рукой. Только так им удается выжить.

ОСТАЛСЯ БЕЗ ДОКУМЕНТОВ И ПЕНСИИ

Илья Федорович, беженец с Украины, остался без документов и пенсии.

Колоритного дедушку с белой бородой можно встретить возле аптеки или продуктового магазина. В руках пластиковый стаканчик с мелочью, в глазах боль и безысходность. Его зовут Илья Федорович Цымбал. Он не местный. Пару лет назад в украинском Славянске прямым попаданием авиабомбы разбило их дом. Жить стало негде, вот и решились пожилые люди на переезд к племяннице в Но-вошахтинск. Год назад жена Ильи Федоровича умерла, а он так и остался у родственников. Своих детей у них не было.

- На Украине я получал пенсию, была вторая группа инвалидности. Хоть пенсия и была минимальная - 900 гривен, но как-то выживали. Выручал свой огород, да и я работал у фермеров на полях, выращивал овощи, лук, арбузы. Здесь в начале года мне перевели пенсию в «Приват-банк», в российских рублях я получил 2700. Обрадовался. Но кто-то проследил за мной, ударил по голове и забрал и деньги, и документы. Кто-то вызвал полицию и «скорую». Меня забрали в больницу. Я написал заявление, но их так и не нашли.

Сначала нас поселили в старых бараках, но потом они совсем разрушились, и я ушел жить к племяннице. У нее четверо детей, они сами живут впроголодь, перебиваясь случайными заработками. Что могу за день собрать, едва хватает на самые простые продукты — чай, хлеб, дешевые кости для супа, - рассказывает о своей непростой жизни дедушка Илья. 

По рассказам дедушки Ильи, летом ему проще — играет на гармошке, привлекая прохожих популярными песнями. А зимой холодно и приходится просить милостыню.

Чтобы попасть в украинское посольство и получить разрешение на жительство, нужно 5 тысяч рублей. Для Ильи Федоровича это большие деньги, впрочем, как и простая поездка в Ростов для старика без пенсии и какого-нибудь дохода — большая проблема. Так и живет несчастный на подаяния добрых людей. Разве у него есть выход?

ПРОШУ И ПРЯЧУ ГЛАЗА

Маленькую старушку, замотанную в платок по самые глаза, не раз видела возле продуктового магазина. Тихонько, еле дотрагиваясь до руки покупателей, она с мольбой в глазах просила «на хлебушек». Не могла пройти мимо, чтобы не поговорить с бабушкой. Она с горечью рассказала свою историю.

Любови Ивановне — 78 лет. Сама она выросла в деревне в Смоленской области, в многодетной семье. Девочка была младшей среди своих братьев и сестер. Послевоенное детство, сельская восьмилетка и работа в колхозе. Замуж выскочила рано и вслед за мужем уехала в наши края — работа на шахте сулила хороший заработок. Детей женщине Бог не дал, да и с мужем, прожив с десяток лет, разбежались — пил и бил. Не хотелось ей повторять материнскую судьбу и жить с пьяницей. Жила сначала у подруг, то у одной, то у другой, через какое-то время получила жилье - однокомнатную квартиру в бараке. Личную жизнь так и не смогла устроить — мужики вокруг попадались такие же, как и ее первый. Возвращаться в деревню было не к кому: кто уехал в город, кого не осталось в живых. Пришлось выживать, как могла. Работала уборщицей в магазине. После выхода на пенсию еще лет десять продолжала подрабатывать — мыла полы в ближайшем магазине. Здоровье стало подводить и пришлось бросить, пенсии в восемь тысяч едва хватало на самый простой набор продуктов и лекарства. Ей стыдно просить милостыню, поэтому она тихонько подходит к прохожим и, пряча глаза, молит о помощи. Увидев объектив фотокамеры, прячется, стесняется своего положения.

- Лишь об одном жалею — не смогла родить детей, сейчас хоть бы сыта была, да не унижалась, прося копеечку, - отворачивая взгляд и смахивая слезу, говорит Любовь Ивановна. Она стыдится своей бедноты. Пенсии едва хватает на еду и самую простую одежду. В основном одеждой ей помогают добрые люди.

ПОДАЙТЕ НА ЛЕКАРСТВА

Снимать жилье и покупать лекарства бабе Шуре не под силу.

Бабушку Шуру почти каждый день можно увидеть возле аптеки на улице Базарной. Старенькое пальтишко из плащевки, шерстяной платок, шарф, закрывающий лицо. На улице десятиградусный мороз, но у нее нет выхода. Милостыня — ее единственный шанс выжить.

-    Завтра пойду ложиться в больницу, сейчас даже нет денег на лекарства. Живу на квартире, своего жилья нет, приходится снимать угол. Пенсию получаю минимальную — семь с лишним тысяч. Больше половины отдаю за жилье в бараке, еще и за коммуналку плачу. Так что мне копейки остаются. Разве прокормиться на них? А еще ноги больные, все время нужно покупать лекарства, - рассказывает о своей нужде Александра Викторовна. Фамилию называть не хочет — стесняется.

Здесь, в Новошахтинске, у нее есть дочь, но она сама не работает, воспитывает четверых детей.

Бабушка Шура всю жизнь прожила в деревне, работала дояркой. Говорила, что были и деньги, и здоровье, и возможность купить дом. Но все тратилось на развлечения и друзей-подруг. Теперь на прожитую жизнь смотрит критически и говорит, что будь у нее шанс, прожила бы ее по-другому, с умом.

-    Так, деточка, и живу. И зимой, и летом, чтобы не умереть с голоду, стою здесь, побираюсь. Рублей триста в день мне люди подают. На них и могу рассчитывать. И стыдно мне, и неудобно, но у меня нет выхода. Спасибо, люди добрые есть, дают мне свою одежду старенькую, а так вообще не знаю, как бы жила. Вот сейчас в больницу лягу, подлечусь немного, да и кормить там будут бесплатно. А потом снова сюда, как на работу, - с горечью в голосе говорит бабушка Шура.

КТО КАК МОЖЕТ

В мороз торговать на рынке заставляет нужда.

Три судьбы пожилых людей - лишь малая толика моря безвыходных ситуаций, с которыми сталкиваются новошахтинцы. Но безвыходных ли?

В пятидесяти метрах от бабушки Шуры мужчина бойко раздает листовки, а пожилые женщины пытаются всучить прохожим каталоги с косметикой. На предрыночной площади старушки продают, кто шиповник, кто резаную тыкву. К своим небольшим пенсиям они нашли такой способ подработки. Правда, давать интервью одна из них категорически отказалась, буркнув, что пенсия маленькая, а жить нужно.

Сколько россиян живут за чертой бедности, а сколько из них замерзает зимой в своих нетопленных домах, статистика не указывает. Кто-то и сам виноват в том, что оказался в такой ситуации, кто-то стал заложником обстоятельств и не знает, как можно жить на те пособия, которые получает от государства. Но есть и такие, для кого попрошайничество стало своеобразным бизнесом и они уже не мыслят жизнь подругому. К нашим героям это не относится.

За три последних года количество нищих в России увеличилось на три миллиона и приблизилось к отметке в 34 миллиона человек. А сколько еще тех, кто не входит в статистический отчет? Государство предусматривает адресную социальную помощь, но не каждому под силу собрать для этого пакет документов. С экранов телевизоров нам часто показывают, как мы помогаем слаборазвитым странам в Африке. Но разве вокруг нас все живут хорошо?