Куда пропадают дети? Вопрос, с которого начинаются поиски, вопрос, преследующий поисково-спасательный отряд «ЛизаАлерт» и после их завершения.
Если ребенок не найден — его тень остается с нами навсегда, мелькает на краю сознания, и мы продолжаем спрашивать у этой тени: «Куда ты пропал?».
В поисковом отряде точно знают, что есть человек — случайный прохожий, продавщица мороженого, кондуктор в автобусе, кто-то ещё, кто последним видел ребенка.
Кто просто не обратил внимания?
Взрослые, окружавшие ребенка за минуты до исчезновения, просто скользнули взглядом и прошли мимо. Ребенок сделал еще несколько шагов — и пропал навсегда.
Всегда есть приметы, маркеры, по которым можно понять, что детям нужна помощь. Они могут быть одни на улице слишком поздно или слишком рано. Лица их — заплаканы. Они растеряны, озираются по сторонам и ходят туда-сюда, пытаясь найти знакомый ориентир. На них может быть грязная, порванная одежда — устал, упал, зацепился за острый гвоздь в заброшенном здании. Всегда можно просто подойти и спросить: «У тебя всё хорошо?».
Каждый год мы смотрим на ориентировки детей, которые не можем закрыть надписями «найден, жив!» — ориентировки тех, к кому никто не подошел. Чей безмолвный крик о помощи не услышали. Тот последний случайный прохожий не понял, что через несколько минут, через несколько шагов случится беда.
Куда пропадают дети?
Иногда мы можем ответить на этот вопрос. Чаще всего дети находятся, почти всегда — живыми. Остальные же уходят туда, где мы не можем их найти, и на пути этой пропасти их невозможно удержать силами одних добровольцев-поисковиков. Здесь нужно, чтобы каждый, кто видит ребенка в неурочный час, в странном виде, испуганным, плачущим — не прошел мимо. Встал вместе с нами на краю этой пропасти, за которой — страшные слова «не найден». Не найден никогда.
