Часть 5. Разрушенная дамба
Разлив радужных вод остаётся позади. После него Малый Несветай входит в камышовые плавни — тростник стеною стоит по всему руслу. Огибая высокий крутобокий Кошкинский бугор, река поворачивает на юго-запад. Отсюда она берет разгон по-настоящему, с этого генерального направления Малый Несветай не будет сворачивать уже до самого устья.
За поворотом тростниковые заросли обрываются перед большой водою, очередной плотиной, именуемой в народе «милицейской». Зажатая меж высоких береговых откосов, она невелика и скорее напоминает пруд — чуть больше полутора сотен метров в длину, немного поменьше в ширину. Всё её правобережье занимают крепкие красивые двухэтажные домики из облицовочного кирпича садоводческого товарищества «Ягодка». У левого же берега на добрых тридцать метров протянулся камышовый остров.
Река покидает «милицейскую» плотину через специально устроенный тоннельный водослив, с тем чтобы вновь попасть в тростниковые заросли. Здесь они играют благотворную роль в экологии реки — очищают воду от вредных агрессивных примесей, сочащихся из подножия бывшего Кошкинского карьера. Белёсые сульфатные частицы задерживаются, оседают на камышовых стеблях. В итоге, меж могучими бетонными опорами моста, по которому проходит трасса Е50, речная вода струится уже совершенно чистой и прозрачной (по крайней мере на вид). Под этим высоким мостом река пробегает по каменисто-галечному перекату. Тут самое мелкое место на всём её протяжении: толщина водного слоя — от силы пятнадцать-двадцать сантиметров, при ширине журчащего потока около четырёх метров.
Миновав узкую теснину под мостовым перекрытием, Малый Несветай вступает в небольшую, но необычайно живописную долину. По левому берегу речного русла здесь протянулся посёлок Тельмана. Оттуда, с его одноимённой центральной улицы, мы и повернули к реке. Спускаясь с пригорка к реке, отогнали с дороги небольшое стадо разноцветных коз с козлятками — белых, серых, чёрных и коричневых. Затем, повернув направо, мы покатили в обратном направлении всё к тому же большому автомобильному мосту по узенькой колее, едва заметной среди сочной прибрежной травы.
Оставив машину у бетонного пешеходного мостика шириною в одну плиту, мы с сестрою отправились дальше пешком. Перед нами раскрывала свои ладони очень красивая и необыкновенно уютная речная долинка. Направо, к посёлку, раскинулось поле, зеленеющее свежей, недавно поднявшейся во весь рост луговой травою. Налево, вдоль уреза речной воды колонной выстроились деревья.
Первым шагнул нам навстречу громадный, необъятный, невероятный древесный красавец. При взгляде на него сразу вспомнились пушкинские строки «У лукоморья дуб зелёный…». На самом деле впереди высился тополь. Но какой это был тополь! Я, прожив всю жизнь в Новошахтинске, городе прекрасных тополей — и обычных, и пирамидальных, такое фантастическое дерево видел впервые. Двадцать метров вышины, пятнадцать метров размаха ветвей, тёмный ствол в три обхвата, покрытый ребристой корой. Рядом с ним, словно преданный друг, ярко зеленел высокий ясень — крепкий, раскидистый, кудрявый, но всё же поменьше товарища.
Под дуновением ветра тополь приветливо шелестел молодой серебристой листвой, словно приглашая познакомиться поближе. Конечно, мы не могли не откликнуться на такой призыв: утопая по колено в зелёном узколистом пырее, подошли к могучему красавцу, постояли, положив руки на рельефный ствол, по очереди с ним сфотографировались. Дальше за тополем-гигантом стояли другие тополя, тоже очень большие, но всё же не такие, как первый. Высота их постепенно уменьшалась к мосту — каждое дерево было чуть пониже предыдущего. Неподалёку от трассы деревья разбегались по всему берегу небольшой светлой рощицей. Под древесной сенью отдыхал народ — целая компания с детьми. Уютная долинка — популярное место отдыха горожан. По ней проходит наезженная колея грунтовки, толстые стволы старых поваленных деревьев явно используются в качестве скамеек, заметны следы кострищ. По противоположному правому высокому берегу Малого Несветая тянется каменный пояс: из обрыва выступает пласт серого песчаника.
Погуляв под деревьями, сделав ещё несколько снимков гигантского красавца-тополя с другой стороны, мы развернулись и неторопливо поехали назад вдоль уреза воды по левобережью. Теперь нашей целью было добраться до развалин старой дамбы. Трагическую, жутковатую историю о ней, о некогда бывшей здесь плотине рассказывала мне в детстве бабушка. С тех самых пор повествование о давних событиях навсегда врезалось в мою память.
После войны вся уютная долинка, по которой мы гуляли под раскидистыми тополями, полностью находилась под водой. Малый Несветай тогда перегораживала сложенная из дикого камня дамба, перед нею река разливалась широкой плотиной. И вот однажды (дело происходило в пятидесятых годах прошлого века) хлынул сильнейший ливень. Вода лилась из разверстых небес на землю непрерывным потоком несколько дней. Река вспухла, выйдя из берегов. Каменная дамба не выдержала напора разбушевавшейся стихии. Она рухнула в самой середине. Речная вода, бурля, бушуя, сметая всё на своём пути, ринулась вперёд по руслу.
Наш двор выходит тыльной стороной к Малому Несветаю, хотя дом отстоит от реки довольно далеко, не меньше тридцати метров. Но в то великое наводнение вода подбиралась прямо к его фундаменту. Такого больше не бывало никогда — ни до, ни после. Бабушка рассказывала (а поведать эту историю она всегда любила под аккомпанемент хорошего дождя), что по большой воде мимо нашего двора что только не плыло: корыта, кадки, столы, комоды, двери, доски, всякий обиходный скарб! Течение несло домашних животных и птиц: собак, свиней, кур, уток, гусей. Проплыл целый дом, смытый потоком. В нём тогда погибли дедушка с внучком.
То же самое наводнение снесло и автомобильный мост из дерева на деревянных же сваях. Теперь вместо него построен капитальный железный мостовой переход на бетонных блоках-«быках». По нему проходит «маршрутка -двойка» на Кировку.
Разрушенную дамбу старой плотины мы завидели издали. Приземистой желтоватой разорванной по центру стеной она поперёк пересекала речное русло. В дамбе чувствовался дух старины, но большого впечатления она всё же не производила. На левом берегу — сложной формы с парой контрфорсов, на правом — обычная каменная стена метров сорок длиною. Не слишком высокая — от двух до пяти метров. Внизу потолще — метра два-три, вверху поуже — примерно с метр-полтора. Желтизну ей придавал песчаник такой интересной расцветки.
Речная вода, мирно журча, минует старую дамбу по прямому разлому в ней ближе к левому берегу. Что ж, на ошибках учатся. Дамба нынешней городской плотины каменно-земляная и намного толще, мощнее, несокрушимее. Место для новой дамбы выбрано гораздо удачнее: Малый Несветай зажат там меж высоких берегов, а речное русло гораздо глубже.
Прогулявшись по длинному правобережному участку дамбы, я вернулся к сестре по гнущемуся под ногами деревянному пешеходному мостику. Мы уселись в машину и попытались с ходу взять штурмом покатый прибрежный бугор. Увы, наша попытка не увенчалась успехом: передние ведущие колёса не выгребали вверх по свежей зелёной траве. Пришлось разворачиваться прямо на косогоре, чтобы вернуться домой тем же самым путём, каким мы прибыли на старую дамбу.
